Сказание о ректоре Николаевском (то ли Будаке, то ли Мудаке, а попросту - Удаке) и его "Флагмане коррупции"

  • 0
Сказание о ректоре Николаевском (то ли Будаке, то ли Мудаке, а попросту - Удаке) и его "Флагмане коррупции"
Мы продолжаем публикацию материалов Николаевцев о скандальном ректоре-регионале В. (М)Будаке, под руководством которого Николаевский национальный университет им. В.А. Сухомлинского превратился в "Флагман коррупции" и теперь гордо несёт это почётное звание.

Ранее мы уже сообщали , что горожане подготовили подарок для Николаевского ректора-регионала (Фото).


Сказка первая.

Очень нужная.


Я очень хорошо понимаю людей, которые в скучном обществе тоскуют по одиночеству и удаляются на минуточку в туалет
М. Ларни. Прекрасная свинарка.



Где-то в хитросплетениях улиц уездного города "Н", комфортно обосновался мелкий удельный князек с громкой фамилией Удак.

Вотчина его, вместе с крепостными, занимала не так уж много места, заставляя его бросать завистливые взгляды за высокий забор, построенный, по одной версии Удаком, желавшим отгородиться от мелкого люда извне, по другой - этим самым мелким людом, не желавшем иметь с князем ничего общего.

Новый день не сулил новые неприятности. Посему князь по своему обыкновению уединился в своих апартаментах.

Восседая на покосившемся троне, над которым огромными буквами было написано "Удак Первый", он по-хозяйски осматривал свой кабинет сплошь увешенный плакатами с лозунгами от "Слава КПСС" до "Руину подолано...", одновременно любовно похлопывая по крышке громадного сундука, слегка выглядывающего из-за трона. Все было просто замечательно.

Впечатление портило только громкое скандирование подданных долетающее из приоткрытого окна.

- Уда-а-а-к.... Уда-а-а-к... Уда-а-а-к...
- Что-то больно зло они сегодня меня славят.- удивился князь.

Несколько раз лениво дернул за свисающий рядом, обшитый бархатом, шнур. Словно из ниоткуда в комнату ввалился дьяк и со всего размаха бухнулся на колени, заодно приложившись и лбом. Эхо от удара даже на секунду заглушило скандирование подданных. Вся его скрюченная фигура выражала вопрос, который можно было перевести только как - Чего хозяин изволит?

- Чегой-то они такие злые сегодня? Чего им еще надо?

Со стороны дьяка послышалось невнятное бормотание.

- Чего, чего? Громче повествуй.

Вновь послышалось бормотанье в котором можно было уловить только одно слово - нужник.

- Какой еще нужник? Построили же на прошлой неделе. Чего еще?
- Открыть...пробормотал дьяк.
- Что открыть???
- Нужник открыть просят...
- Так они ж в него гадить будут! - искренне удивился князь - Новый ведь, испортят еще.
- Э-э-э... А что ж в него еще-то делать?... Так и до беды недалеко...
- До какой такой беды? Ты, что угрожать мне надумал? Так я тебя...

Дьяк закрыл голову руками.

- Не гневись князь. Терпеть больше мочи нет. Осрамимся ведь...
Князь наморщил лоб.
- Ладно открывай - и глядя как облегченно вздохнул дьяк, добавил - Только завтра. Пусть знают мою доброту. И пусть не говорят, что я о холопах не забочусь. Иди огласи мое решение.
Дьяк мгновенно исчез.

Скоро на улице глашатай, переминаясь с ноги на ногу, как-то с надрывом огласил указ князя. На некоторое время народ стих. Затем с удвоенной силой продолжил скандировать еще более зло.

- Уда-а-а-к.... Уда-а-а-к... Уда-а-а-к...
Князь вздохнул.
- Не подданные, а бог знает что. Все ж для них делаю, все для них... А они.. - Он обиженно замолчал и чтобы хоть как-то сгладить обиду вытащил из сундука большую пачку купюр и начал их усердно пересчитывать.
Как сказал бы Задорнов - Смеркалось.

Сказка вторая.

Фалеристическая.


...хочу, чтоб дворник у меня с медалью был". Так и говорил: "Ты, Тихон, считай
себя уже с медалью"...

И. Ильф и Е. Петров

Высоко подпрыгнув от неожиданности, князь привстав, извлек откуда-то из складок одежды предмет, который пребольно уколол его в место, без которого не может обойтись ни один трон. Пред его удивленным взором предстал какой-то то ли орден, то ли медаль, неведомо как попавшая под наиглавнейшую часть князя. Но, по меньшей мере, эта деталь выглядела весьма нарядно и ублажала взор Удака настолько, что он не переменул приколоть ее к лацкану своего пиджака.

За этим занятием его застал вошедший некстати холоп счетной палаты. Удивленно наблюдая как князь прикручивает к себе орден, он постарался выглядеть как можно более незаметным и слиться с слегка побитой молью занавеской. Закончив с медалью, князь гордо выпятил грудь и соизволил снизойти до посетителя.

- Чего приперся, шальной. Стряслось чего?
Холоп осторожно приблизился к Удаку.
- Да я тут, надежа вы наша, подумал... - тут взгляд его упал на медаль, у него отвисла челюсть и глаза стали стеклянными. Сказать он более ничего не мог.
- Ну, что замолчал, мерзавец? Изливай душу.

Издавая какие-то нечленораздельные звуки и всем организмом показывая как ему плохо, холоп начал пятиться к двери. Удивленно провожая взглядом холопа, пока тот не выскочил за дверь.

Удак вперил удивленный взгляд в медаль. Что за вещь такая, которая холопов в ступор вводит? На медали была какая-то надпись, прочесть которую князь не сподобился, так как иных языков кроме родного не знал. А надпись была все же не по-русски.

-Толмача мне, разнесся его грубый голос, - немедля.

За дверью засуетились. Раздался топот, сдавленные ругательства и вскоре перед очами пресветлого предстал пухлый мужичек.

- Толмач? - грозно воспрошал князь
- А как же. - ответствовал мужичек.
- Иностранным владеешь? - сдвинул брови Удак.
- Знамо дело - ответил тот, но на всякий случай слегка попятился.
- Читай - князь ткнул пальцев в побрякушку у себя на груди.

Толмач осторожно приблизился к трону, не спеша напялил на нос очки и вперил взгляд в медаль. Настроение у него тут же упало.

- Что там написано, зарычал князь видя замешательство толмача.
- Так это... промямлил тот.
- На дыбу захотел? Говори сволочь.

Толмач, видя, что отвертеться не удастся, перекрестился, набрал побольше воздуха и испуганно произнес.

- Samsung там написано, практически прошептал он и стал ждать расправы.
- Ты уверен?, грозно спросил князь.
- Да, - тихо прошептал тот...
- Вон отсюда, - взревел Удак и швырнул в толмача подвернувшимся под руку скипетром.
- Ой, - пропищал тот и мгновенно исчез.

В зале стало очень тихо. Князь нервно барабанил по подлокотнику трона и бессмысленно смотрел куда-то вдаль. Взгляд его был недобрым.

- Сволочи, - прошипел он ни с того ни с сего и резко сорвав медаль с пиджака что есть силы запустил ее в открытое окно. Кто-то невидимый за окном начал жутко ругаться.
-Завтра главному казначею прикажу отписать. Пусть пару орденов вышлет, а то что за князь без орденов? Хреновый князь - сам себе ответил он и полез в заветный сундук. Раздался шелест купюр. Настроение князя резко улучшилось.


Сказка третья.

Букинистическая.


... на столе лежала запыленная конторская книга с заголовком: "Достижения Васюкинской шахсекции за 1925 год"
И. Ильф и Е. Петров


- Ноги подними, дармоед.

Понимая, что с уборщицами лучше не спорить, Удак послушно поджал под себя ноги и постарался как можно выше взобраться на трон. И пока тетя Валя елозила под троном шваброй, он, разглядывая трещины в потолке, строил планы мести тому, кто первый войдет в кабинет после уборки. Должен же кто-нибудь быть наказан за прозвучавшее хамство.

Сняв со стен паутину, уборщица, что-то бурча под нос, побрела из святая-святых волоча за собой ведро со шваброй. Князь облегченно вздохнул.

- Распустились совсем, - произнес он как можно тише, но тем не менее был услышан. Слух у тети Вали был отменный.
- Чего, чего? - она резко повернулась к Удаку, который сделал невинное лицо и удивленно уставился в сторону открытого окна.
- Я спрашиваю - чего, чего? не унималась уборщица, при чем тон ее голоса приобрел сварливый оттенок.
Удак сдался. Спрыгнув с трона и вытянувшись по стойке смирно, он глядя не моргая на тетю Валю самозабвенно отчеканил
- Да здравствует труд уборщиц. Самый нужный и достойный труд в мире!
- Ну, то-то. - Тетя Валя гордо подняв голову вышла из кабинета.

Князь облегченно плюхнулся в кресло.

- Ну, все. Хана вам. - подумал он злобно. - Я вам покажу, холопы.

В ответ раздался тихий стук. Довольно потирая руки в предвкушении расправы, он грозно сдвинув брови, прорычал
- Кто посмел?

Легким шагом вошел молодой писарь из соседней канцелярии и не давая князю рот открыть, протянул ему бумагу скрепленую большой печатью.

- Циркуляр тебе прибыл, княже.

Удак от неожиданности даже не нашел, что сказать. Нахамить и то не дали. А ведь день начинался так не плохо.

- Читай, - сдался он.
- Так это ж вам, - удивился писарь. - Негоже холопу княжескую почту читать.
- Читай говорю, взбеленился князь. - Читать дело вообще не княжеское. - да и не умею я, продолжил он про себя, но виду не показал, - с малолетства не обучен.

Писарь с сомнением уставился в бумагу.

- Главный опричник пишет, отчета требует за содеянное.

А ведь ничего не предвещало беды. С главным опричником шутки плохи. Удак поскучнел. Мысли начали прыгать в его голове мучительно ища решения.

- Постой, а ведь вчера такое же письмо приходило. - вспомнил он. - Кому?
- Так знахарю нашему. Он еще вчера бумаги подготовил. Отправить, вот только не успел.
- Не успел, говоришь? - оживился князь, а ну неси их сюда, да поскорее.

Пожав плечами писарь убежал. И пока он пропадал где-то Удак высморкавшись в занавеску, наплевал на пол, чтобы хоть как-то отомстить уборщице.

- Вот они, - вбежал писарь неся объемного вида тетрадь.
- Сюда давай, насупился князь, - изучать буду. После чего найдя последнюю страницу, на которой красовалась подпись знахаря, с омерзением вырвал ее. Писарь от удивления разинул рот, но высказаться не посмел. Князь он на расправу скор. Удак оценив произведенное им действо по достоинству, и оставшись довольным, протянул тетрадь писарю
- На последней чистой странице пиши - князь Удак Первый.
- Да как так можно... Начал было писарь и осекся под тяжелым взглядом князя.
- В острог что ли захотел? - участливо воспрошал он перетрусившего писаря, - пиши говорю.
- Почерк-то не ваш будет...
- Писарь, ты что белены объелся? Я же тебе сказал - не княжеское дело пером орудовать. На то ты есть.

Тяжело вздохнув писарь старательно вывел на последней странице "князь Удак Первый".

- И дату поставь, - свирепствовал князь.

Бедный писарь, сделавши все, что от него требовали протянул тетрадь князю. Тот прищурил один глаз и подозрительно уставился на написанное.

- Это еще к чему?
- Подпись поставь пресветлый князь, - прошептал писарь.
- Не княжеское это дело... взревел Удак, но одумавшись выхватил из дрожащих рук отрока тетрадь и перо и высунув от напряжения язык, на месте подписи поставил жирный крест. После чего запустил тетрадью в голову писаря.
- Держи, холоп. Отправляй опричнику. Да. И знахарю скажи, что отчет его не годится. Пусть новый пишет.

Потирая ушибленное место, писарь резво выскочил вон.

- Ну вот. Отчет написал, можно и делом заняться.

В тишине кабинета снова послышался шелест пересчитываемых купюр.
Сказание о ректоре Николаевском (то ли Будаке, то ли Мудаке, а попросту - Удаке) и его "Флагмане коррупции"

б(м)удак и его жена. семья коррупционеров. напомним, что его жена числилась и получала бюджетные деньги, но ни разу не работала в НГУ им. Сухомлинского

Сказание о ректоре Николаевском (то ли Будаке, то ли Мудаке, а попросту - Удаке) и его "Флагмане коррупции"


использовано фото микола.нетскачать dle 12.0
Прохожий
  • 1 мая 2014 13:32 | Гости
  • Прохожий Статус:
  • комментариев
  • публикаций
Педин, педун... Как ни верти, а пед он и есть - ПЕД!
Ольга
  • 19 сентября 2014 23:12 | Гости
  • Ольга Статус:
  • комментариев
  • публикаций
Бриллиант опустивший в грязь так и останется бриллиантом,а пыль поднявшаяся до небес так и останется пылью.ПР с ее членами это и есть пыль поднявшаяся до небес но,повеял ветер и развеял ее и о ней забудут ,как страшный сон.Но ,некоторые продолжают нагло пытаться остаться .Но не надейтесь ,народ уже думает головой ,а не желудком.